Уроженец Зеленодольского района Фарид Зарипов привез историю на городской Сабантуй

В этом году одной из главных точек притяжения для гостей стала необычная выставка под открытым небом. Блестящие медью и латунью, пузатые и стройные, здесь выстроились в ряд настоящие хранители домашнего очага — старинные самовары. Их привез на праздник казанский коллекционер-антиквар, уроженец Зеленодольского района Фарид Зарипов.

Почему именно самовары?
Среди пестрой толпы Сабантуя Фарид Нуруллович с удовольствием общается с гостями, попутно здороваясь со знакомыми. В его импровизированной экспозиции на празднике представлено 12 самоваров. Самый ранний из них датируется 1790-ми годами — это изделие из красной меди московского производства. Есть и уникальный бесподдувальный самовар фабрики Пушкова с сыновьями, выпущенный примерно в 1863 году. Самые же дорогие и ценные экземпляры (например, в форме бочки) коллекционер на праздник привозить не стал — они ждут ценителей в его магазине в Старо-Татарской слободе.

На вопрос, почему из всей своей богатейшей коллекции он выбрал для выставки именно самовары, антиквар отвечает просто:
— Самовары народу ближе. Я, например, привезу антикварные часы или картины фламандцев — народ не поймет. А самовар раньше был в каждом доме. Татары очень любят чай, пьют его по пять-шесть чашек. Чашки-то дореволюционные совсем маленькие были. Я и сам с утра до вечера чай пью, особенно зеленый.

По словам мастера, чай из самовара имеет совершенно иной вкус. И дело тут не только в ностальгии, но и в физике процесса:
— Есть живая и мёртвая вода. Когда вы заливаете воду в самовар, тепло идет со всех сторон, и пузырьки образуются по всему объему. Значит, появляется кислород. Из-за этого чай намного вкуснее. В обычном чайнике вода кипит только внизу, в двух-трех местах. А здесь кислород образуется полностью. Китайцы во время чайной церемонии тоже наливают воду с высоты, чтобы под давлением образовался кислород.

От лыжни до аукционов Парижа
Фарид Зарипов — личность удивительной судьбы. Он родился в 1954 году в деревне Большие Ачасыры Зеленодольского района. В 1972 году, окончив школу-десятилетку, переехал в Казань. За плечами у него служба в армии, карьера профессионального спортсмена-лыжника, а позже — работа директором ресторана и первым заместителем председателя правления Потребсоюза Казани. У Зарипова три специальности: он товаровед, менеджер и юрист. Но истинным его призванием стала история.

Тяга к старине, по признанию самого коллекционера, заложена в генах. Родословная Фарида Нурулловича поражает: со стороны отца он потомок кипчаков, а со стороны матери — булгар.
— В XIII веке наши предки основали деревню Ачасыры. Мои предки по материнской линии — ученые с XIII века. Есть даже книга, принадлежащая Аль-Джабали Аль-Булгари. А мой родной дядя, Ахмедзян Тагири — первый профессиональный татарский художник, именно он оформлял первую татарскую азбуку «Алифбу».

Империя антиквариата
Коллекционированием Фарид Нуруллович увлекается с малых лет — начинал с монет, орденов и медалей. В 2001 году серьезно занялся самоварами. Сегодня его интересы выходят далеко за рамки русского чаепития. География покупателей в его магазине раскинулась от Москвы до Якутии и Владивостока.

В юности Зарипов объехал полмира, путешествует и сейчас, теперь уже чаще по России. Так, в мае этого года представлял коллекцию на областном Сабантуе в Сведловской области.  

Коллекция продолжает пополняться: предметы старины со всего света (из стран Европы и Прибалтики) ему помогают приобретать через аукционы доверенные люди.

Количество предметов в его собрании не поддается точному счету. Это самая большая в Татарстане коллекция царского стекла (около 300 предметов), живопись XVII–XVIII веков, французская бронза XVI века, настольные часы с сусальным золотом и редчайший фарфор мирового уровня — изделия Севрской мануфактуры (1739–1753 гг.), фабрик Мейсена и Жакоба Пети. В коллекции есть даже Гран-при с выставки в Париже 1931 года.

Несмотря на мировой масштаб своей коллекции, Фарид Нуруллович не забывает о корнях. Он постоянно приезжает в родные Большие Ачасыры, где сохранился родительский дом. Для него старинные вещи — это не просто бизнес, это философия жизни.
— Старина — это душа. Это отдушина. Когда в жизни бывает тяжело, устаешь — разглядываешь коллекцию, смотришь на вещи, разговариваешь с ними. Вспоминаешь: это привезли из Ташкента, это — из Прибалтики, это — из Европы... Это же искусство, это безумно интересно. Люди всегда будут возвращаться к старине, — уверен мастер.