Подвиг зеленодольца Алексея Ежова в морском бою, о котором писал Алексей Толстой

Одну из них нам поведал постоянный читатель газеты Виктор Иосифович Егоров.

– 22 июня 1941 года наш земляк, зеленодолец Алексей Ежов, тогда ещё совсем юный курсант учебного отряда, стоял на вахте. В тот день он смотрел на море и даже не догадывался, через какое пекло ему предстоит пройти всего через год.

В ночь с 17 на 18 июня 1942 года моряки-разведчики вышли из Стрелецкой бухты. На трёх обычных шлюпках, под покровом темноты, они шли к берегам Крыма. Но скрытная высадка сорвалась: фашисты заметили их и открыли шквальный огонь с берега. Спасаясь от обстрела, наши шлюпки были вынуждены уходить всё дальше в открытое море, скрываясь в спасительном тумане.

Но с рассветом туман рассеялся, и началось самое страшное. Со стороны Ялты на маленькие шлюпки атаковали два малых итальянских торпедных катера знаменитой флотилии Боргезе. Враг начал поливать их свинцом с дистанции 150-200 метров. Наши моряки стиснули зубы и молчали. Они берегли патроны и ждали. И только когда катера подошли на верные 40-50 метров, ударили из всех стволов! Метким, яростным огнём они вывели из строя рулевого одного из катеров. Управление было потеряно, и второму катеру пришлось брать повреждённое судно на буксир и быстро покинуть район боя.

Перераспределив раненых товарищей, моряки из последних сил налегли на вёсла, взяв курс на Севастополь. Но примерно через два часа на горизонте появились два больших немецких дизельных торпедных катера. Алексей Сергеевич потом вспоминал поразительную деталь: немецкие офицеры стояли на палубах, как на параде – в белоснежных, с «иголочки» кителях, сверкая наградами. Они были уверены в лёгкой победе над горсткой измождённых людей в шлюпках.

Но нервы наших парней оказались крепче. По команде все, кто ещё мог держать в руках оружие, одновременно открыли огонь в упор, с 50 метров. Этот отчаянный отпор ошеломил немцев. Один из катеров от точных попаданий застопорил ход, а его палуба мгновенно опустела – белоснежные кители бросились в укрытия. Видимо, кто-то из старших немецких офицеров получил тяжёлое ранение. В бессильной злобе, так и не сумев расстрелять моряков, фашисты попытались перевернуть шлюпки стальным тросом, натянутым между двумя катерами. Но и эта попытка не удалась, врагу пришлось уйти.

Казалось бы, испытаний хватит на несколько жизней, но свой последний бой в этой беспримерной эстафете советские моряки приняли у мыса Сарыч. Прямо по курсу всплыла итальянская подводная лодка. Однако слава о «бешеных русских шлюпках», видимо, уже разлетелась по эфиру: итальянцы даже не решились открыть огонь, лодка спешно погрузилась обратно в пучину.

Об этой фантастической «шлюпочной» баталии позже писали газеты «Красная Звезда» и «Слава Севастополя», вице-адмирал Илья Азаров в книге «Непобеждённые» и писатель Алексей Толстой в 1942 году.

А для меня эта легенда – часть личной истории. Много лет я трудился рука об руку с главным героем тех событий, Алексеем Сергеевичем Ежовым, в судомеханическом цехе №4. Во время обеденных перерывов мы вместе с рабочими-фронтовиками обсуждали каждую деталь того невероятного боя. Глядя на этого скромного человека, было трудно поверить, что именно он и его товарищи сотворили то, что казалось невозможным. Это были люди из стали. О таких воинах ещё Пётр I сказал: «И небываемое бывает».